Английский в школе: сколько учат за рубежом и к чему приведёт сокращение часов в России

Тема изучения английского языка в школе напрямую связана не с модой на глобализацию, а с качеством будущего образования, мобильностью выпускников и их конкурентоспособностью. Чтобы это было понятно без лозунгов, имеет смысл спокойно сравнить две модели: как выстроено обучение английскому языку в неанглоязычных странах Европы и Азии и как выглядит ситуация в России, особенно на фоне обсуждений о возможном сокращении часов иностранных языков.

Речь пойдет не о частных курсах и не об элитных школах, а о массовой системе школьного образования.

Как устроено изучение английского в зарубежных школах

В большинстве неанглоязычных стран английский язык рассматривается как базовый академический инструмент. Он не воспринимается как факультатив или «дополнительный навык», а закладывается в школьную программу наравне с математикой и родным языком.

В странах Европейского союза английский в обязательном порядке изучают около 83,9 процента учеников начальной школы. В отдельных странах этот показатель приближается к стопроцентному охвату. Например, в Испании и на Мальте английский учат практически все дети уже на уровне primary school.

Возраст начала обучения варьируется, но находится в довольно узком диапазоне. В большинстве стран ЕС английский вводится с 6–9 лет, то есть с первого по третий класс. В Бельгии и Нидерландах знакомство с иностранным языком может начинаться еще раньше, с 4–7 лет. Во Франции и Германии формально старт может быть сдвинут к 10–12 годам, но при этом интенсивность обучения в средней школе резко возрастает.

В странах Азии ситуация схожая. В Китае и Японии английский как обязательный предмет вводится с первого класса, в возрасте 6–7 лет. Это связано не с культурной ориентацией на Запад, а с прагматичным пониманием роли языка в науке, технологиях и международном образовании.

Сколько часов реально тратится на английский за годы школы

Если перейти от возраста к цифрам, картина становится еще более показательной.

В начальной школе в Европе английский обычно занимает от 1 до 3 часов в неделю. Это немного, но важно учитывать регулярность и длительность обучения. В средней школе нагрузка возрастает и часто достигает 4 и более часов в неделю.

Есть различия между странами. В Греции и Румынии количество часов ниже среднего, в Исландии и Латвии выше. Но даже в странах с минимальной нагрузкой английский не исчезает из программы и не становится эпизодическим предметом.

Если суммировать часы за весь период обучения, получается важный ориентир. Для выхода на уровень B2, который требуется для поступления в большинство зарубежных вузов, необходимо примерно 500–1000 часов практики. Именно такую нагрузку и дают 10–12 лет школьного обучения при регулярных занятиях.

Что означает школьный английский для поступления в вуз

В странах с 12-летней школьной системой выпускник обычно выходит на уровень B2 к окончанию школы. В ряде случаев сильные ученики достигают C1. Это не означает свободное владение на уровне носителя, но позволяет читать академические тексты, писать эссе, понимать лекции и сдавать международные экзамены.

В системах с 10-летним школьным обучением этот разрыв компенсируется либо дополнительным годом обучения, либо подготовительными курсами. Именно поэтому в требованиях университетов часто фигурируют показатели вроде IELTS 6.0 и выше.

Ключевой момент здесь в том, что школа рассматривается как основной источник языковой подготовки. Репетиторы и курсы лишь дополняют систему, а не заменяют ее.

Российская модель: формально похоже, фактически иначе

В России английский язык также формально вводится в начальной школе. Однако реальная нагрузка, глубина и непрерывность обучения сильно отличаются от зарубежной модели.

В типовой российской школе английский чаще всего начинается со 2 класса. Нагрузка в начальной школе обычно составляет 2 часа в неделю, иногда меньше. В основной школе она колеблется в пределах 2–3 часов, в старших классах может сохраняться на том же уровне или даже снижаться в зависимости от профиля.

Если пересчитать это в суммарные часы, большинство школьников за весь период обучения набирают существенно меньше 500 часов реальной языковой практики. При этом значительная часть времени уходит на формальную грамматику, перевод и подготовку к тестовым форматам, а не на развитие навыков понимания и использования языка.

Отдельная проблема заключается в неравномерности. Уровень английского сильно зависит от конкретной школы, региона и учителя. В результате родители массово компенсируют дефицит школьного обучения репетиторами и платными курсами.

Что произойдет при сокращении часов иностранного языка

Именно на этом фоне особенно важно обсуждать инициативы по снижению количества часов на изучение иностранных языков в России.

Если рассматривать вопрос системно, последствия будут достаточно предсказуемыми.

Во-первых, разрыв с международными образовательными стандартами увеличится. Уже сейчас российская школа в среднем не выводит ученика на уровень B2 без внешней помощи. Сокращение часов сделает этот результат практически недостижимым в рамках бесплатного образования.

Во-вторых, возрастет социальное неравенство. Английский окончательно превратится в навык для тех, у кого есть ресурсы на дополнительное обучение. Это уже происходит, но при снижении школьной нагрузки эффект усилится.

В-третьих, пострадает академическая мобильность. Даже если формально сохранятся возможности поступления за рубеж, фактически они станут доступны меньшему числу выпускников. Подготовка к международным экзаменам будет полностью вынесена за пределы школы.

В-четвертых, снизится качество подготовки к современным профессиям. Большая часть актуальных научных, технических и образовательных материалов выходит на английском языке. Школа, которая не дает базового уровня владения языком, сознательно ограничивает образовательный горизонт ученика.

Почему зарубежная модель работает устойчиво

Важно подчеркнуть, что в Европе и Азии английский не перегружает школьную программу. Он встроен в нее как долгосрочный процесс с умеренной, но стабильной нагрузкой. Речь не идет о резком увеличении часов, а о последовательности и предсказуемости.

Именно за счет этого 10–12 лет обучения дают накопительный эффект. Даже 2–3 часа в неделю, если они идут ежегодно и без провалов, формируют необходимую языковую базу.

В этом смысле зарубежная модель не про «больше часов», а про «не терять часы».

Итоги и выводы

Сравнение показывает достаточно простую картину. В большинстве неанглоязычных стран английский язык изучается с раннего возраста, регулярно и на протяжении всего школьного цикла. Суммарная нагрузка составляет сотни часов и позволяет выпускникам достигать уровня, достаточного для обучения в вузе и работы с академическими источниками.

В России формально присутствует схожий подход, но фактически количество часов и их качество не обеспечивают сопоставимый результат. На этом фоне идеи о сокращении иностранного языка выглядят не нейтральной оптимизацией, а стратегическим ослаблением образовательной системы.

Если рассматривать образование как долгую инвестицию, английский язык в школе является одним из немногих предметов, эффект от которого напрямую измерим в академической и профессиональной мобильности выпускников. Уменьшая эту инвестицию, система заранее принимает решение о сужении возможностей будущих поколений.